Фольклор хранит лаконичную информацию онаиболее правильных и удобных нормах жизни,поведения и общения, универсальных во все времена.А. Каргин «Народное творчество». 2, 2005. В календаре восточных славян существует интересный период, называемый «Петровки» (с вариантами): «После зелёных святок наступала Петровка пора самых длинных в году дней и самых коротких ночей» (5. С. 11). Об этом благодатном, тёплом времени года, когда закончились весенние заморозки, но ещё не наступили «июльские жары», вспоминает замерзающая девушка в белорусской сказке «Пра падчарку»: « Трубi, Марозiк, твая пара. У пятроку не будзеш» (5. С. 231).Пора пятровок завершалась в Украине в канун Купалы, а в Великороссии через несколько дней после Купалы 29 июня, в день традиционного праздника, именуемого в церковном календаре днём Петра и Павла. Церковный пост перед этим днём также назывался «петровки». Чем занимался народ в это время, мы узнаём из царской переписки с церковью в 1551 году: В первый понедельник Петрова поста в рощи ходят и наливки бесовские потехи деяти (41. С. 91 92).Известно, что дни памяти выдающихся христианских святых совпадают с датами почитания и именами главных языческих богов: Влас Волос, Юрий Ярила, западнославянский Святовит превратился в святого Витта, а словосочетание «пророк Илья» копирует фонетику устойчивой характеристики Перуна: «пророкочет и льёт». Возможность того, что праздник Петра и Павла «из этой же серии» весьма велика, но для начала необходимо выяснить, а отмечалась ли эта дата в дохристианское время, то есть, достаточно ли древен сам праздник?Этнографические материалы по этой теме, собранные в предыдущих столетиях, не складываются в ясную картину, отражающую суть торжества.В Нерехте называют день Петра и Павла барашка в лоб.На границе Вольского и Тотемского округов ... ежегодно бывает ... народный праздник ... на который собирается множество народа, и ... убив быка, купленного на счёт всей волости, разнимают его на части и варят в больших котлах.Предание старинное гласит, что некогда на этот праздник перед обеднею выбежал из густых лесов олень; народ, почитая его даянием Божим, убил его и, разняв на части, приготовил себе обед. Это продолжалось несколько лет, в один год долго не показывался олень, поселяне вместо него убили быка (39. С. 274).Упоминание о братчинах с закалыванием быка (барашка), а также старинные предания о выбегающем в этот день олене, который и был первоначально жертвенной пищей, говорят о древности и языческой сути праздника. Эти пиры «Петровское разговенье» происходили при завершении Петровского поста, начинавшегося с Зелёных Святок. Об этом посте народ говорил: «его придумали попы да бабы», народ помнил, что это нововведение, олень же вышел к людям в этот день некогда, то есть давно, следовательно, народный праздник первичен, а его христианское оформление вторично. О том, что пиры в этот день не связаны с христианством, говорит и то, что апостол Пётр считался покровителем рыбного промысла и никакого отношения к мясной пище не имеет (26. С. 248 249).О грандиозности и языческой сущности праздника говорит ещё и то, что общество следило за тем, что бы в празднике поголовно участвовало всё население. «Тому, кто не участвовал в утренних обрядах накануне Петрова дня, вешали на крыльцо лошадиную голову, которую называли "килой"; при этом стучали в окно и пели:Петровская КилаПо зорям ходила,Усех побудила,Афросинью забыла.А девушки ходют,Песни поют,Фросинью величают,Килу Фросинье прицепляют» (16. С. 44). Кила это грыжа, опухоль, нарост, то есть болезнь. Не участвовавшему в обряде преподносилось материальное проклятие пожелание заболеть, так как он своим поведением вредил коллективу. «Килу» из пучка соломы или надутого телячьего пузыря навешивали провинившимся и в другие значимые для общины дни, но эта кила не была лошадью.Некая «Кыла упоминается в "Слове о том, как погани суть языцы кланялись идолом". Е. В. Аничков увидел в ней одно из божеств, поклонение которым порицалось христианами... В Древней Греции существовало поверье о злой женщине "Гилло", или "Гиллу", являющейся, по мнению исследователей, прототипом русских "сестёр-трясовиц"... Кроме того, В Древней Греции были довольно распространены деревни с названием "Калеи"; в частности, в деревне с таким названием совершались таинства в честь Деметры. Название подразумевает местный женский культ и в буквальном переводе обозначает "вопящие женщины". Раз в месяц женщины этой деревни выходили на перекрёстки и поднимали вопль, обратив взоры к луне. Тот же корень присутствует в именах нескольких древнегреческих богинь (Калипсо, Каллиопа, Каллироя, Каллисто), связанных с землёй, водой и миром мёртвых. В частности, имя Калипсо ("та, что скрывает") указывает на связь богини с миром смерти. С миром тьмы и смерти связаны функции древнеиндийской богини Кали...» (2. С. 382; 43. С. 135).Для нас интересно то, что на Пятра килой была голова лошади, причём вешалась она ленивым девушкам. В восточнославянском фольклоре имеется сказка, которая так и называется «Кобылячья голова». Это сказка типа «Морозко», о трудолюбивой падчерице и нерадивой дочке, к которым приходит с просьбами Кобылячья голова, покладистую девушку она награждает, а грубиянку съедает смотри, например, в сборнике сказок А. Н. Афанасьева, 99 (3). Некоторые исследователи считают, что это особый сюжет, который необходимо выделить в отдельный тип сказок. Между прочим, этот сюжет является как бы специфической особенностью русского фольклора, так как в Западной Европе он не встречается (40. С. 322). Особенно жутко выглядит вариант из украинского сборника «Героiко-фантастичнi казки», изложенный в стиле быличек, с бытовыми подробностями, так что создаётся впечатление, что это было вчера, в соседнем селе (12. С. 193).Вообще, Кобылячья голова и лошадь как испытательница девушки встречается довольно часто в русских и украинских сказках. У западных славян чучелом огромной белой лошади пугали девиц, нарушавших запрет прясть в день св. Люции и Барбары, накануне зимнего солнцестояния (12, 16 декабря). В народных поверьях ведьма могла обратиться в жабу, кошку и других животных, но самое страшное превращение в коня он убивает (7. С. 370).В ареале культуры Псковских длинных курганов (V в. н.э.), в нижнем течении реки Мста между деревнями Полосы и Самокража имеется урочище Кобылья Голова, в котором располагалось древнее кладбище (ямные захоронения остатков кремации) (36. С. 359 360).Связь кобыльей головы с кладбищем и смертью подтверждает Троицкий обычай Пензенской губернии. По сведениям С. В. Максимова, «провожали весну и встречали русалок» там так: Один наряжается козлом, другой ... изображает собой свинью, ... четвёртый наряжается лошадью... Для этого на палку надевается головная лошадиная кость... С этой палкой в руке ... парень являет собой подобие коня, ставшего на дыбы ... впереди идут с лошадью русальщики, за ними бегут вприскочку перепачканные ребятки, которые подгоняют кнутами передних. В поле за деревней ... лошадиную голову бросают в яму... (26. С. 240 241). Мы видим, что рядились в разных животных, но хоронили («убивали») только лошадиный череп, следовательно, он был «гвоздём программы».Но «перещеголяла» всех индуистская космогония. В конце кальпы «дня Брахмы» наступает пралая уничтожение материального мира и богов космическим огнём, таящимся в глубинах океана в облике «кобыльей пасти» (вадавамукха) (35. С. 94).Мы видим удивительное совпадение индийской космогонии и славянской топографии близ вод Балтийского моря, на реке со зловещим названием Мста (от мститься мерещиться, казаться, или от западнославянского msta «месть») располагалась местность Кобылья Голова, которой как бы поглощались останки сожжённых людей.Однако против распоясавшегося демона в лока
Опубликовал: от 29 червеня / июня 2012, посмотрело: 5534 | Благодарностей: 19
» О Макоши, Вилах и белых кобылах
Последние сообщения с форума
Загрузка. Пожалуйста, подождите...
О Макоши, Вилах и белых кобылах » Перуница
Комментариев нет:
Отправить комментарий